Внимание!!! Теперь фотографии можно загружать любых размеров. Чтобы выключить данное сообщение нажмите на крестик справа

Екатерина II и Павел I

Атрибуция и оценка
Shnurok
......................................
......................................
Сообщения: 2301
Зарегистрирован: 27 янв 2018, 16:20:58
Ƶ: 100
Репутация: 1546

Екатерина II и Павел I

Сообщение Shnurok » 15 апр 2018, 19:05:44

В июне 1762 г. Екатерина II становится императрицей. Эта сильная и властная женщина всю жизнь помнила, что она заняла престол незаконным путем, в силу этого в качестве своей главной задачи она видела укрепление своей власти, напрямую связанное с завоеванием расположения и доверия дворянства. Ее правление до сих пор считается «золотым веком» для дворянства. Уделяла большое внимание Екатерина и вопросам денежной политики, денежному обращению. Она живо интересовалась деятельностью монетных дворов.

Что же менялось в вопросах денежного обращения в эпоху Екатерины Великой? Во-первых, усиленно переделывается медная монета, во-вторых, в 1769 г. вводятся бумажные деньги (ассигнации), увеличивается чеканка золотой и серебряной монеты, причем понижается вес золотых монет и вес и проба серебряных.

Сама Екатерина очень критически оценила состояние финансов Российского государства перед своим воцарением на престоле. «Сенат подал мне реестр доходов империи, — писала императрица, — по которому явствовало, что оных считали 16 миллионов рублей. По прошествии двух лет… наконец сочли 28 миллионов — 12 миллионов более нежели Сенат ведал». Но эта оценка, мягко говоря, сильно преувеличена. Бюджет достиг 28 млн только в 1769 г. и вовсе не оттого, однако, что открылись источники доходов, о которых Сенат раньше не знал. Просто выросли податные обложения, были установлены новые налоги. Но в одном, конечно, императрица не ошиблась: финансовое положение России в начале 60-х гг. XVIII в. было не в самом лучшем состоянии.

Вступив на престол, Екатерина прежде всего ставит перед Сенатом вопрос о том, надо ли продолжать выпуск медной монеты по 32-рублевой стопе, а также сколько лет необходимо выкупать легковесную монету, чтобы выкупить ее всю?

Сенат в своих рекомендациях следовал за планами П. И. Шувалова. В частности, отказаться предлагалось от передела из новой меди монет по 16 рублей из пуда до недостающей до 16 млн рублей суммы. Предлагалось начать чеканку по 32-рублевой стопе. Кроме этого, Сенат также предложил позволить владельцам медеплавильных заводов свободно продавать медь и в стране, и за рубежом. На прибыль, получаемую от чеканки медных монет по 32-рублевой стопе, предлагалось покупать ежегодно на несколько миллионов рублей иностранного серебра и золота, затем переделывать купленный металл в монеты и выменивать полученные монеты на легковесные медные. Сливать полученный в виде монет металл в штыки, продавать за границу за ефимки, переделывать их в полноценную серебряную монету, опять выменивать на медную, чеканенную по 32-рублевой стопе из пуда, и т. д.

К счастью, предложения Сената не удовлетворили Екатерину, потому что затягивали обмен монет, начеканенных по 32-рублевой стопе, на долгое время. Хождение же этой монеты отрицательно сказывалось на экономике страны. Императрица предлагает чеканить медные монеты по 16-рублевой стопе. Но был в Российском государстве человек, который отметил, что и при чеканке монет по 16-рублевой стопе цена меди в них завышена в два раза. Это был бывший генерал-прокурор Сената Я. П. Шаховский.

Он весьма дельно заметил, что медная монета только однажды может принести казне прибыль, а потом приносит «излишние тяготы и убытки». Этот верный своим взглядам человек предлагал выменять всю имеющуюся легкую медную монету, перелить и продать за границу на ефимки. «Надо увеличить в денежном обращении количество серебряных денег», — таково верное мнение генерал-прокурора. У Екатерины мнение сенатора вызвало лишь раздражение: еще бы, доходы от многомиллионной чеканки медной монеты — один из важнейших источников пополнения казны! В самом деле, при чеканке монет по 16 рублей из пуда меди казна получала более 100% прибыли. Пуд меди стоил примерно 6 — 7 рублей, на передел необходимо было затратить сумму около рубля. Вот и все траты. «К чему же ограничивать доходы казны, — рассуждала Екатерина подобно Анне Иоанновне и Елизавете, — переделывая медные монеты по десятирублевой стопе?» Чеканить решили пятикопеечники: существовала твердая убежденность, что они практически не подделываются. Изготовление пятикопеечных монет, не отличимых от выпускаемых денежными дворами, без «важных и больших машин» было невозможно. Создание внутри страны тайного монетного двора? Такое совершенно исключено. Ввозить поддельные медные деньги в Россию соседним странам было не выгодно, поскольку там цена меди была выше. Статс-секретарь И. П. Елагин писал Екатерине по этому поводу, что медная монета по 16-рублевой стопе чеканенная «не вредна и не опасна от подделу воровских денег, тому довольное доказательство, что с начала оной ни на один рубль воровских поддельных денег не оказалось, чтоб ввезены были извне государства в Россию».

Медная монета, чеканенная по 16-рублевой стопе, просуществовала до 1796 г., причем ее внешний вид практически не менялся (за исключением мелких деталей). Пятикопеечник Екатерины чеканился тем же штемпелем, что и ранее, только менялось имя императрицы в вензеле и дата. Под гербом торжественно было написано: «Пять копеекъ», первая буква имени императрицы очень красиво соединялась с первой буквой императорского титула, а на заднем плане просматривалась цифра, все это увенчивалось императорской короной и окружалось венком из лавровой и пальмовой веток.

Передел медной монеты по 32 рубля из пуда в медную монету 16-рублевой стопы велся на четырех монетных дворах: Московском, Петербургском, Сест-рорецком и Екатеринбургском. В основном же перечеканка была все-таки сосредоточена в Москве, поскольку именно туда стекалось наибольшее количество легковесных медных монет из близлежащих губерний. Эти монетки были часто совершенно истерты, многие из них неоднократно перечеканивались: пятаки 1723 г. — в копейки, затем — в грошевики, потом — в четырехкопеечники, и снова — в грошевики! Что разберешь на такой монете, если на ней даже точки, обозначающие номинал, истерлись совершенно? Интересно, что Сенат издал указ о том, что подобные монеты обмениваться должны «безсумнительной монетой», а сами стертые монеты подлежат перечеканке.

Примерно с середины XVIII в. медная монета чеканится во все больших и больших количествах. Первоначально предназначенная служить лишь Л)ЛАЯ размена крупной серебряной монеты, она вскоре в ценностном отношении почти сравнялась с ней, превратившись также в основную монету. Чеканка медной монеты в больших количествах объясняется также и тем, что именно она служила обеспечением бумажных денег — ассигнаций, введенных Екатериной в 1769 г. Кроме того, в стране хватало собственной меди в отличие от золота и серебра, которые по-прежнему приходилось ввозить из-за рубежа. Добывали медь в основном на Урале, поэтому естественно, что чеканку монеты из новой меди сосредоточили на Екатеринбургском монетном дворе.

Кстати, именно в последней трети XVIII в. после пожара, уничтожившего старые деревянные постройки, Екатеринбургский монетный двор был обновлен, для него были построены двухэтажные каменные «фабрики», изготовлены новые станки, в том числе и усовершенствованные (чего стоит одна «вододей-ствуемая машина», например!).

В течение многих десятилетий на нехватку медной разменной монеты жаловались сибирские власти. Доставка ее в Сибирь обходилась дорого и производилась редко. В 1763 г.

Воскресенским горным начальством вопрос о том, чтобы из меди, которая остается после производства из серебристой меди серебряных монет, начать чеканить медную монету. Рекомендовано было Колыванскому (Сузунскому) монетному двору чеканить из этой меди особую «сибирскую» монету, предназначенную для хождения только в Сибири по 40 рублей из пуда. Понадобилось два года, чтобы осуществить эту рекомендацию.

На Сузунском монетном дворе чеканились особые сибирские монеты начиная с 1766 по 1781 гг. Из пуда меди делали монет на 25 рублей. Всего же чеканили шесть номиналов: 10 и 5 копеек, 2 копейки, 1 копейку, деньгу и полушку. Лицевая сторона монеты была украшена красивым вензелем Екатерины II, над которым была размещена корона, а вокруг него был венок. Венок традиционно состоял из лавровой и пальмовой ветвей. Лавровая ветвь была весьма распространенным символом на монетах. Поскольку лавр обладает сильным запахом, то в Древней Греции он использовался для очищения и искупления. Поэтому он был атрибутом бога искупительной жертвы Аполлона, в Древнем Риме же он почитался как символ мира и на монетах появлялся уже как символ богини мира Паке. Венок с древних времен был знаком почитания, изготавливался из листьев или цветов, первоначально предназначался только богам, позднее — жрецам, участникам празднеств. Могли им быть украшены и жертвенные животные, и алтари. Украшали венками как в сражениях, так и в мирных соревнованиях и победителей. Более того, именно из лаврового венка, знака достоинства римских императоров, позднее сформировалась корона.

На оборотной стороне монеты можно было рассмотреть двух соболей, которые поддерживают щит, а над ним находится градская корона. Щит был украшен надписью с информацией о номинале монеты и дате ее выпуска. Этот рисунок был частью герба Сибирского царства. Надпись вокруг него подтверждала «Монета сибирская».

Полушка, отчеканенная на Сузунском монетном дворе, не имела на своей оборотной стороне полного герба — на ней был изображен только лишь щит. А вот десяти-, пяти- и двухкопеечные монеты на гурте имели надпись «колыван-ская медь». Однако с 1767 г. в оформление монет были внесены изменения, теперь часть монет всех номиналов чеканилась с буквами «КМ», помещенными на лицевой стороне. Это означало то же самое указание на металл, из которого монеты были изготовлены — «колыванская медь».

В 1781 г. из колыванской меди начали чеканить не только сибирские монеты, но и общероссийские монеты по 16 рублей из пуда меди. Для них изображение, естественно, изменилось. Лицевая сторона пятака стала украшаться двуглавым орлом, под которым были буквы «КМ» и надпись на ленте «пять копеек». Деньга и полушка на своей лицевой стороне имели изображение Георгия на коне, под которым были буквы «КМ» и указание номинала монеты, опять-таки расположенное на ленте. На этих монетах вензель императрицы, окруженный венком, располагался уже на оборотной стороне.

С июня 1766 г. по 1 апреля 1780 г. на Сузунском дворе было сделано всего монет на 3,5 млн рублей. Но к началу 1880-х гг. медь, которая получалась в результате плавки золотистого серебра, «надлежащей к монетному делу цены в себе» не содержала. Это означает, что в ней практически не было ни серебра, ни золота. Поэтому и решили в 1781 г. перестать чеканить особую сибирскую монету по 25 рублей из пуда меди, а делать обычную общероссийскую монету по 16-рублевой стопе. За четверть века (до начала XIX в.) на Сузунском монетном дворе было начеканено монет примерно на 7,3 млн рублей!

Если эксперименты по созданию особой сибирской монеты были весьма удачными, то опыты по созданию медной монеты рублевого достоинства окончились провалом. Екатерина II приняла решение изготавливать именно тяжеловесные медные рубли, что должно было уменьшить расходы по сравнению с затратами на чеканку пятаков. Подобное сокращение расходов планировал еще Петр III, при нем намеривались выпускать тяжеловесные медные монеты: 1 рубль, который должен был весить 500 г; 50 копеек, весящие 250 г. При Петре III монеты из меди чеканили по 32-рублевой стопе. При Екатерине II медные монеты чеканились по 16 рублей из пуда, легко понять при таком раскладе, что 1 рубль будет и весить целый килограмм. Первоначально планировали изготовление таких тяжелых и крупных монет для улучшения денежного обращения. Позднее же их решили хранить в Ассигнационном банке в качестве обеспечения ассигнаций, которые начали выпускать еще в 1769 г. Планировалось, что с их помощью в дальнейшем будет производиться выкуп ассигнаций.

В 1770 г. были переоборудованы и подготовлены к выпуску новых монет помещения и машины Сестрорецкого монетного двора. Этот монетный двор был открыт еще в 50-х гг. XVIII в. при Сестрорецких оружейных заводах. При первых же попытках выпуска опытных экземпляров рублевых монет из меди мастера столкнулись с большими проблемами. Как изготовить большие кружки из меди, на которых можно чеканить новые медные рубли?

Первоначально пытались их пилить из штыковой меди с помощью вододей-ствующей пильной мельницы. Хотя применяли охлаждение с помощью воды, пилы все равно очень сильно нагревались, у них очень быстро стирались зубья.

Приходилось останавливаться, ожидая пока пилы остынут, что очень тормозило работу. Кружки монет получались кривобокими, с одной стороны — толще, с другой — тоньше. Их приходилось выравнивать ручными пилами! Литые кружки требовали долгой ручной обточки. Оба способа требовали очень больших расходов денег и времени (достаточно сказать, что вместо ожидаемых 12 копеек расходов на переработку 1 пуда меди расходовали 1 рубль 6 копеек). Очень трудоемким было и гурчение подобных монет. В Эрмитаже находится несколько экземпляров пробных сестрорецких рублей.

На обеих сторонах этих монет видны следы пилы, нарезавшей кружки для чеканки. Монеты, хранящиеся в Эрмитаже, двух видов: толстые (толщиной 35 мм, диаметром 76 мм) с гуртовой надписью и тонкие. Последние начали чеканить для упрощения процесса изготовления медных рублей на более широком и тонком кружке.

Присоединив к России Крым, Г. А. Потемкин стремится развивать торговлю в Тавриде, что должно было способствовать ее экономическому процветанию. В Кафе (современная Феодосия) уже был монетный двор, который чеканил монету из меди для последнего крымского хана Шахин Гирея ибн Ахмет Гирея. В сентябре 1783 г. его по приказу императрицы начали приводить в порядок, прислали туда специалистов с Петербургского монетного двора. В 1787 г. Феодосийский монетный двор заработал на меди, привозимой их Турции. Чеканили в Тавриде монеты, подобные монетам всех прочих монетных дворов, но помеченные «ТМ» («Таврическая монета»). В основном выпускали на этом монетном дворе пятикопеечники и грошевики.

К 1786 г. правительство Екатерины II, активно занимавшееся поиском заменителей монеты, выпускает ассигнаций на сумму до 150 млн рублей. Появляются ассигнации мелких достоинств в 5 и 10 рублей. Привело все это к тому, что к 1795 г. ассигнационный рубль стоил всего лишь 68 1/2 копейки серебром.

Сложившееся положение привело к новому расстройству денежного обращения. Налицо был дефицит государственного бюджета, а также инфляция. Росла внешняя задолженность государства. В этих условиях правительство принимает решение следовать проекту молодого фаворита стареющей государыни-матушки — П. А. Зубова. Он предложил удвоить достоинство всей медной монеты, которая находится в обращении, с помощью перечеканки ее из 16-рублевой в 32-рублевую стопу. Платону Зубову в то время было только 29 лет, он был молод, хорош собой, тем и любезен сердцу императрицы. Но вот военными талантами, а также умением мыслить в государственных масштабах этот не получивший хорошего образования молодой человек не блистал.

Однако в 1794 г. он вместе с отцом и тремя братьями был возведен в графское достоинство, награжден высшим государственным орденом Святого апостола Андрея Первозванного. Он также становится екатеринославским и таврическим генерал-губернатором, а затем и генерал-фельдмаршалом. Какие же доводы приводит этот весьма самонадеянный человек в пользу необходимости перечеканки медных монет по 32-рублевой стопе? По его мнению, перечеканка может привести стоимость меди в монетах в соответствие с ее торговой ценой, самое главное — увеличить доходы казны. П. А. Зубов также указывает, что в итоге медную монету наконец-то перестанут использовать ремесленники и промышленники в качестве сырья при изготовлении каких-либо изделий, следовательно, она перестанет выходить из обращения.

П. А. Зубов всерьез полагал, что предложенный им передел медной монеты приведет к стабилизации денежного обращения в стране, так как увеличение в два раза суммы медных денег, находящихся в обращении, приведет в соответствие имеющуюся в обращении массу ассигнаций и массу медных денег, облегчит обмен ассигнаций на медные монеты. Все эти положения, естественно, не выдерживают критики. После смерти Екатерины II члены Государственного совета отказались от реализации зубовских планов, вполне справедливо полагая, что порча монеты никогда не приводила к нормализации финансовой системы страны. Однако до смерти Екатерины II с августа по ноябрь 1796 г. было перечеканено медных монет почти на 2 млн рублей. Для реализации зубовских планов было выделено 40 тыс. рублей, начали строить новый монетный двор в Москве, а на Петербургском монетном дворе намечалось устроить отделение для передела медной монеты. Все эти средства были затрачены совершенно напрасно, поскольку уже в ноябре-декабре 1796 г. Государственный совет рекомендовал прекратить перечеканку тяжеловесной монеты в легковесную, вернуть работу монетных дворов в прежнее русло. Это значит, что медные монеты предполагалось чеканить по прежней 16-рублевой стопе с вензелем нового императора.

В целом, денежное обращение во второй половине XVIII в. отличается увеличением значения медных денег, доля медной монеты, участвующей в обороте денежных средств, увеличилась до 43% и стала почти равна доле серебряной

(она составляла в то время 46,7%). Для сравнения: в первой трети XVIII в. именно серебряная монета играла ведущую роль в денежном обращении (89,4%). Доля золотых монет в денежном обращении после 60-х гг. XVIII в. увеличилась до

10,3%. Медная монета, кроме того, из просто разменной превращается в одно из главных платежных средств. Существенным недостатком монеты при этом была ее тяжеловесность. Представьте себе, что у вас в кошельке рубль пятаками екатерининского времени. Он будет состоять из 20 пятикопеечных монет весом 51 г каждая. На большое расстояние перевезти большую сумму в медных монетах было довольно сложной задачей. Можно было, конечно, разменять медный рубль серебряными копейками. Он менялами приравнивался к 95 — 98 серебряным копейкам. И все-таки именно медные монеты (пятак, а иногда двухкопеечник) были самыми популярными монетами.

Монеты из драгоценных металлов — серебра и золота — наибольшее применение нашли при проведении внешнеторговых операций или при оплате расходов казны за границей.

При решении вопросов о чеканке монет из драгоценных металлов Екатерина II во многом прислушивалась к мнению П. И. Шувалова. Если в вопросе о чеканке медной монеты по 32-рублевой стопе императрица с ним первоначально (впрочем, до самого года своей смерти!) была не согласна, переубедили же ее в этом лишь доводы Платона Зубова, то его план о чеканке серебряной монеты

72-й пробы она полностью поддержала. Граф Шувалов был даровитым, энергичным и деятельным представителем центральной администрации эпохи правления еще Елизаветы Петровны. Кроме того, он был весьма хорошо образован. Своему продвижению при дворе Елизаветы он во многом был обязан помощи брата, бывшего главой Тайной канцелярии, а также двоюродного брата, бывшего фаворитом Елизаветы. Он был сказочно богат, имел металлургические и винокуренные заводы. Интересно вспоминал о встречах с ним французский дипломат Ж. Фавье, писавший, что граф "возбуждал" зависть азиатской роскошью в дому и в своем образе жизни: он всегда покрыт бриллиантами, как Могол, и окружен свитой из конюхов, адъютантов и ординарцев». Все проекты П. И. Шувалова (в том числе об отмене внутренних таможен, повышении доли косвенных налогов в доходной части бюджета и пр.) направлены и на увеличение доходов страны, и на извлечение личных прибылей. Это, кстати, было впоследствии замечено и Екатериной II.

Он держал щит, увенчанный короной. На лицевой стороне монеты в щите был изображен вензель Елизаветы Петровны (монету чеканили в ее правление — в 1755 г.), а на оборотной стороне в щите было обозначение номинала. Дату чеканили внизу монеты, под облаком.

Согласно плану Шувалова необходимо было перечеканить всю прежнюю серебряную монету в монеты 72-й пробы. Это увеличит доходы казны, во-первых, а во-вторых, исключит возможность вывоза серебряных монет за границу, поскольку в соседних странах чеканится монета такой же 72-й пробы. До этих пор русская серебряная монета более высокой пробы активно вывозилась за рубеж. Шувалов также предложил чеканить гораздо большее количество монет из золотника серебра. При Петре из золотника чеканили 15 копеек, при Анне Иоанновне — 16, 5 копеек. Шувалов считает оптимальным 17 7/9 копеек из золотника. Если переделать пуд чистого серебра по этой новой стопе, то получится монет на 910 рублей 22 2/3 копеек.

Не утомляя читателей перечислением расходов на изготовление этих монет, сообщим лишь, что они составят 775 рублей 78,5 копеек. Таким образом, понятно, что прибыль будет равна 134 рублям 43 3/4 копейки. Это не так уж и много — всего 18% с каждого пуда. При перечеканке медных монет получилось бы, конечно, куда больше. Но в то же время к 1761 г. в обращении в России было серебряных денег на 1,7 млн рублей, и если всю эту массу серебра перечеканить в соответствии с планом Шувалова, то доход казны составит сумму более 3,6 млн рублей!

Необходимость перечеканки серебряной монеты, которая была доказана Шуваловым Екатерине II, вызвала целый ряд вопросов. Они обсуждались монетным ведомством совместно с правительством. Это были вопросы о покрытии расходов по переделу мелкой серебряной монеты (понизить пробу или вес мелких серебряных денег?), о чеканах для новых монет (с изображением правителей прошлых лет или с портретом новой государыни?), о монетных дворах, где будет производиться перечеканка (в Петербурге и Москве или только в Москве?), каким является идеальное соотношение между золотой и серебряной монетой.

Отвечая на эти вопросы, монетная канцелярия сначала предложила сократить расходы на изготовление мелкой монеты двумя способами:

1) понизить пробу каждого сорта мелкой монеты в соответствии с тем, насколько большими окажутся затраты на ее чеканку в сравнении с чеканкой крупной монеты;

2) делать монеты в точной пропорции, а именно чеканить две трети крупной монетой, а одну треть — мелкой.

Однако монетное ведомство приняло решение о том, чтобы излишние расходы по изготовлению мелкой монеты по сравнению с крупной компенсировались уменьшением веса монет.

В первый год правления Екатерины II оказалось, что совершенно отсутствуют штемпели с изображением старых монархов. Медальеры же вырезывали в это время штемпели для медалей на погребение Елизаветы Петровны и на воцарение новой императрицы. Поэтому совершенно естественно стали чеканить монеты штемпелями с изображением новой государыни. Далее вообще отказались от мысли чеканить монеты с портретами прежних монархов, монетная канцелярия утверждала, что прежние монархи и без монетных портретов навсегда останутся в истории благодаря своим «достохвальным делам».

Мелкую монету было решено чеканить в Москве, при этом весьма интересно, что чеканку пятака заменили чеканкой гривенника. Московский монетный двор действительно был удобнее и просторнее, изготовление мелких серебряных денег здесь обходилось дешевле. В Петербурге решили чеканить рубли и полтины.

Наконец, в России именно при Екатерине было пересмотрено соотношение цен на золото и серебро. Разрешению этого спорного вопроса способствовал Иван Андреевич (Иоганн Вильгельм) Шлаттер.

Именно Шлаттер в своих докладах императрице отметил, что в России никогда не придерживались европейского соотношения цен на золото и серебро (15:1). Он же привел дельные доводы в пользу того, чтобы было установлено именно подобное соотношение цен. В тех странах, утверждал Шлаттер, где соотношение между золотой и серебряной монетой равно 14:1 или 13 :1 (таким долгие годы было это соотношение цен в России), золотую монету вывозят за границу, где она ценится дороже. Например, из России было вывезено много империалов и полуимпериалов 1755— 1763 гг. Шлаттер также предложил пути изменения пропорционального соотношения цен на золото и серебро. Он утверждал, что золото — деликатный металл и от прибавления лигатуры для понижения пробы может стать хрупким. Поэтому для изменения пропорции между ценами на золото и серебро и доведения ее до уровня 15: 1 надо понижать вес золотых империалов и полуимпериалов. Шлаттер также возражал против большого количества медных монет в денежном обращении страны. Кроме России и Швеции, ни одна страна мира не чеканит столь большого количества медных монет, а это говорит о многом. Медные деньги менее удобны в обращении из-за их тяжести, ценятся они тем не менее дешевле серебряных, таким образом, за товар приходится отдавать больше медных денег, чем серебряных. При любой покупке медные деньги доставляют массу неудобств как продавцу, так и покупателю. Именно Шлаттер предлагает хранить медную монету в специально созданных банках, а в обращение выпустить банковые билеты.

К числу предложений Шлаттера можно отнести и разумные идеи об увеличении числа монетных дворов, изыскании средств на покрытие расходов по изготовлению мелкой серебряной монеты за счет понижения ее веса, а не пробы, о разрешении привозить из-за рубежа российскую серебряную монету, которая была вывезена во время Семилетней войны. Шлаттер также советует императрице хранить особо те доходы, которые она получает сверх прибыли от передела золотой и серебряной монеты по прежней стопе и пробе (на непредвиденные и чрезвычайные ситуации).

Надо сказать, что большинство предложений Шлаттера было принято императрицей. В марте 1764 г. устанавливается идеальная пропорция между золотой и серебряной монетой. Теперь оно соответствует международным стандартам, уменьшается вес мелкой монеты, за счет чего идет компенсация излишних расходов (по сравнению с крупной) на ее изготовление. Основываются новые монетные дворы. Все это претворенные в жизнь предложения Шлаттера. Но вот долю медных монет в денежном обращении страны Екатерина II не понизила, в данном случае все доводы Шлаттера оказались малоубедительными, так как выпуск медных денег наряду с выпуском в более позднее время ассигнаций был одним из важных источников увеличения доходов казны. Были, впрочем, отклонены и некоторые другие предложения этого государственного деятеля. Но, в сущности, именно воззрения Шлаттера на денежные вопросы во многом определяли денежную политику российского государства во второй половине XVIII в.

Набор номиналов серебряной монеты, которые чеканили затем во второй половине XVIII в., был подобран уже к 1760-м гг. При Елизавете Петровне, например, к чеканке рубля и полтины присоединилось изготовление и двадцатипятикопеечной монеты, и пятака. При Петре III чеканились еще и двадцати-и пятнадцатикопеечные монеты. Зато выпуск серебряного пятака приостанавливали на 30 лет и 3 года: с 1764 по 1797 гг. пятаки не чеканили.

Большое внимание в годы правления Екатерины II правительство уделило вопросам повышения авторитета серебряных денег, особенно за рубежом. Отныне и до окончания чеканки полноценной серебряной монеты (это произойдет лишь в 1915 г.) устанавливается стабильное содержание серебра в рубле — 4 21/96 золотника, т. е. 18 г. Много доходов от чеканки серебряных денег получить в то время не рассчитывали, возлагая, видимо, все надежды на производство медных денег. Увеличить доходную часть от чеканки серебряных монет можно было, лишь увеличивая объем их производства.

Первоначально серебряные деньги чеканили и на Московском и Петербургском монетном дворах, но с 1777 г. серебро перерабатывали в монеты лишь в Петербурге. С 1762 по 1776 гг. всего серебряных монет начеканили на 35,5 млн рублей. Из них 87% чеканили в Петербурге, в Москве начеканили серебряных монет лишь на 4,4 млн рублей. Кроме того, на Петербургском монетном дворе чеканили в основном монету крупных номиналов, а на Московском — мелких.

В периоды нехватки мелких разменных денег их выпуск значительно увеличивался. Таких моментов можно отметить всего два: 1769—1771 гг. и 1778— 1779 гг. В эти годы даже производственные мощности по выработке мелкой серебряной монеты постарались увеличить.

Всего за 35 лет, т. е. с 1762 по 1796 гг., было начеканено серебряных монет на 70,9 млн рублей. Больше всего чеканили серебряных монет в 60-е гг. XVIII в., выпустили в эти годы почти на 3 млн серебряных монет. Это связано с тем, что в это время делали не только новые монеты, но и усиленно перечеканивали старые — 70-й и 77-й пробы.

Острая проблема в правление Екатерины II встала с золотыми монетами. Каким образом привести в соответствие с международными стандартами соотношение цен на них и цен на серебряные монеты? Понизить вес империалов и полуимпериалов? Каким образом это сделать с теми из них, которые выпущены ранее? Опилить их, но тогда исчезнет надпись вокруг портрета и гербов. Придется их сплавить и напечатать заново. Это довольно большие расходы, а кроме того, новые монеты будут сильно отличаться по весу от старых, что может вызвать сомнения в их платежеспособности. Сенат предлагал в очередной раз понизить пробу золота, чем и довести соотношение цен на золото и серебро до международного. Выше уже было сказано, что именно благодаря настойчивости Шлаттера, который довел до сведения императрицы очень подробную информацию, представленную Монетной канцелярией, было принято решение пробу золотых империалов и полуимпериалов не понижать, а понизить их вес. Монетная канцелярия сообщала, в частности, что, желая получить сплавы нужной пробы, к золоту добавляли «самую чистую медь», но металл становился жестким и хрупким. «И затем к способному делу монет для умягчения переплавли-вался 4 раза и при плащении превеликие были трещины». «В печатании так были крепки, что по неоднократном и довольном прожигании едва 6 человек пропечатать могли».

За 35 лет, т. е. с 1762 по 1796 гг., было начеканено на 35,5 млн рублей золотых монет. Пик чеканки пришелся так же, как и в случае с серебряной монетой, на 1760-е гг. Это, по всей видимости, можно также связать с перечеканкой старых монет, но также и увеличением добычи отечественного золота.

Золотые монеты в основном все-таки использовались для внешнеторговых операций. Поэтому номинал их был довольно высок: империалы и полуимпериал.

18 декабря 1763 г. императрицей даже было принято решение не чеканить червонцы. Но, несмотря на это, выпускались и они, и даже золотые монеты более низких номиналов. И. А. Шлаттер и А. Нартов в своем «Историческом описании, до монетного дела принадлежащем» отметили, что червонцы выпускаются весом и пробой против голландских дукатов по 118 штук из фунта золота 94-й пробы. Их лицевая сторона была украшена портретом императрицы, оборотная — гербом и указанием года выпуска. Золотые монеты еще более мелких номиналов (достоинством в 2 рубля, 1 рубль и полтину) чеканились специально для дворцовых нужд, они использовались в дворцовом обиходе, например во время карточной игры.

XVIII в. принес в денежное обращение Российского государства еще и практику чеканки монет, которые предназначаются для обращения лишь в каких-то определенных регионах. О некоторых из таких монет уже говорилось выше (сибирская монета). К таким монетам можно отнести и так называемые ливоне-зы. Они выпускались недолго, в течение 1756— 1757 гг., в пяти номиналах: 96, 48, 24, 4 и 2 копейки. Видно, что система денежного обращения таких монет строилась на основе, близкой к талерной, т. е. она была двенадцатеричной.

Народам Прибалтики, а именно для торговли с ними чеканили ливонезы, эта денежная система была в те годы привычнее. Лицевая сторона монеты была украшена портретом Елизаветы Петровны, имя и титул, кстати, были написаны по латыни. Герб, расположенный на оборотной стороне монеты, был украшен еще и щитами с гербами Риги и Ревеля. Чеканили ливонезы на Московском Красном дворе, но вскоре они были изъяты из обращения и переплавлены.

Так поступила для облегчения торговли императрица Елизавета, а вот Екатерина действовала гораздо хитрее. Она начала чеканку в 1768 г. на Петербургском монетном дворе, причем тайную чеканку, голландских дукатов по пробе, весу и внешнему виду ничем не отличающихся от подлинных. Штемпели были изготовлены для них ювелиром И. Б. Гассом, который вскоре и был оформлен медальером на монетный двор, где затем проработал четверть века. Использовало эти дукаты правительство для финансового обеспечения русского флота и армии, находящихся за пределами страны.

Например, во время Русско-турецкой войны в Средиземном море снабжали русский флот именно этими монетами, в частности для вознаграждения победителей при Чесме 26 июня 1770 г. Перевод большой суммы денег через банки вызвал бы дополнительные затраты, а кроме того, раскрыл бы тайну военной операции.

Это золото помогло и Орлову в его операции по пленению княжны Таракановой. Опасная своим намерением сесть на русский престол авантюристка выдавала себя то за сестру Емельяна Пугачева, то за дочь Елизаветы Петровны. Орлов сумел заманить ее (не без помощи дорогих подарков и золотых монет, видимо) на корабль «Три иерарха». Привезенная в качестве пленницы в Петропавловскую крепость, она вскоре скончалась. Чеканка голландских дукатов была прекращена лишь по представлению голландского правительства много позже перечисленных событий.

Интересно называли эти монеты: в официальных документах они были таинственно прозваны «известной монетой», а вот в народе их ласково прозвали ло-банчиками, арапчиками, пучковыми. Называли же их так потому, что на лицевой стороне было помещено изображение воина в доспехах и шлеме, в правой руке он держал меч, а в левой — пучок стрел.

В ноябре 1796 г. на престол вступает Павел I. Денежное хозяйство, доставшееся ему в наследство от матери, было поражено финансовым кризисом. Бюджет имел огромный дефицит, а государство — огромный долг. Кроме того, денежное обращение было совершенно расстроено. Было совершенно ясно, что до подобного состояния страну довел постоянный выпуск бумажных денег — ассигнаций, чеканка огромного количества медной монеты, которую буквально за несколько месяцев до смерти Екатерины начали вести по 32-рублевой стопе. Именно эти проблемы решает практически сразу после восшествия на престол новый император.

Он в своем именном указе Ассигнационному банку называет ассигнации «истинным общенародным долгом на казне». Павел I также заявляет о своем твердом решении все бумажные деньги в России уничтожить и больше не иметь их. На тот момент Ассигнационный банк имел в резерве огромное количество вновь напечатанных денег — на целых 12 млн рублей! Эти деньги были приготовлены в счет прибыли, ожидаемой от перечеканки медных денег по легковесной 32-рублевой стопе, которые почти на 7 млн рублей уже были переданы в казначейства, их было решено уничтожать постепенно, по мере возвращения в банк. А вот оставшиеся ассигнации на сумму более чем в 5 млн рублей были уничтожены немедленно. Они сгорели на костре, специально устроенном на площади перед Зимним дворцом. Произошло это еще в декабре 1796 г. Практически сразу же было объявлено о том, что можно обменять бумажные деньги на золотую и серебряную монету с лажем 30 копеек на рубль. На бирже серебряный рубль приравнивали к 1 рублю 40 копейкам ассигнациями. А в июле 1798 г. и правительство вынуждено было установить такой курс: 1 рубль серебром = 1 рубль 40 копеек ассигнациями.

Главным директором Ассигнационного банка в то время был знаменитый бриллиантовый князь А. Б. Куракин. Он выдвинул предложение, которое, по его мнению, только и могло обеспечить удачное проведение операции по превращению «ассигнаций в истинную монету». Следует открыть в здании банка монетный двор для чеканки особой, так называемой банковой золотой и серебряной монеты. В январе 1797 г. открывают даже специальную контору для покупки и выписки золота и серебра из-за рубежа при Ассигнационном банке. Из этих, а также других металлов Ассигнационного банка и решили начать чеканить особую монету без обозначения номинала, которая должна была находиться в распоряжении правления банка. Павел утверждает рисунки штемпелей для чеканки этой монеты. Пока монетного двора при банке нет, генерал-прокурор Сената А. Н. Самойлов предлагает чеканить эти особые монеты на столичном монетном дворе.

А каковы же монеты Павла I? Стремящийся во всем превзойти матушку Павел и пробу золотой монеты также решительно повышает. Указ от 2 декабря 1796 г. повелевает чеканить золотые монеты 94 2/3 пробы, вместо 88-й, которая была при Екатерине II предназначена для чеканки империалов и полуимпериалов. Червонцы, которые чеканили в последние годы жизни императрицы, правда, делались по типу голландских, т. е. той же (94-й) пробы и веса. Павловские червонцы 1796 г. имели буквы «БМ». Таких монет, кстати, было отчеканено довольно много — 2 500 штук на сумму 7 225 рублей.

А вот в январе 1797 г. Павел издает новый указ, которым подтверждает высокую пробу золотых монет Российского государства, утверждается окончательно и их вес: из фунта золота надо чеканить 117,5 червонцев. В этом году их начеканили почти на 400 тыс. рублей, зато потом прекратили их чеканку совершенно.

Принимает Павел решение повысить престиж и серебряной монеты, для чего увеличивают не только ее пробу, но и вес. Для «укрепления внутреннего и внешнего доверия» к серебряной монете отныне считается целесообразным чеканить ее 83 1/3 пробы, что намного больше пробы екатерининских монет (в ее времена довольствовались всего лишь 72-й пробой). Таким образом, видно, что в фунте павловских монет содержалось чистого серебра на 11 1/3 больше, чем в фунте екатерининских.

Но этого, по мысли императора, мало! Надо «бить монету превосходнейшую»! Рубль должен быть тяжелее. Теперь из фунта лигатурного серебра надо чеканить монет не более чем на 14 рублей. Такие павловские серебряные рубли весят 29,25 г и тяжелее екатерининских на 5, 25 г. Подобные изменения касаются не только проблем престижности русских денег, они изменяют и покупательную способность рубля (она возросла на 41%), и курс рубля по отношению к иностранной валюте.

Планы Павла I по стабилизации денежного обращения были просто великолепными. При их реализации страна имела бы не только твердый, ценимый во всем мире рубль, но и более стабильную экономику: остановились бы инфляция, рост цен, улучшились торговые отношения.

Но все дело в том, что одними указами ничего не изменишь, реальных же условий для преодоления расстройства денежного обращения и укрепления позиций русского рубля как за границей, так и в России в тот момент не было. В казне просто не было необходимых денежных средств! На выкуп ассигнаций необходимо 157 млн рублей. Это доходы России за 2 года (в 1795 г., например, доходы были равны 72 млн рублей).

Дефицит российского государственного бюджета в конце 80-х гг. XVIII в. составлял 9—15 млн рублей ежегодно. Понятно, что в таких условиях планы Павла выглядят просто несбыточными мечтами.

Очень скоро правительство Павла I смогло убедиться в утопичности своих планов. Печатный станок опять заработал, и на смену сожженным матушкиным ассигнациям стали выпускаться новые, причем в баснословном количестве. Всего за 4 года павловского правления было напечатано ассигнаций более чем на 56 млн рублей.

И из серебра Павел в 1797 г. приказывает чеканить не на 14 рублей монет из фунта, как ранее, а на 19 рулей 75 копеек. Единственное, в чем Павел до конца сохраняет свою принципиальную позицию, состоит в том, что проба серебряных монет остается равной 83 1/3. Теперь павловский рубль легче екатерининского на 3,26 грамма. При Павле I выпускались все номиналы серебряных монет, кроме 20 и 15 копеек.

Заметно изменился внешний облик павловских монет: вместо герба на лицевой стороне монет Павла I красуется крест, составленный из четырех букв «П», над каждой буквой — корона, а в центре, между буквами — цифра «I». Вокруг креста располагалась надпись с датой и обозначением цены (см. на след. с. рис. аверс, а). Не захотел император украсить монеты и привычным уже для русских монет портретом, вместо него — квадратная рамка с надписью. Император-масон выбирает для нее девиз рыцарского ордена тамплиеров: «Не нам, не нам, а имени твоему» (далее должно следовать «Господи, да будет хвала»). По четырем сторонам квадрата были вычеканены узоры (см. на рис. реверс, б). На монетах был и знак монетного двора — «СМ» (Санкт-Петербургская монета) и инициалы минцмейстеров, руководивших чеканкой.
Из золотых монет при Павле в основном чеканились полуимпериалы и червонцы, оформленные примерно так же, как и серебряные деньги.
Вложения
Untitled032.jpg
Untitled-221.jpg
Кто ищет клады,тот редко их находит!А кто не ищет их,не находит никогда! :D43

Ответить

Вернуться в «Монеты России 1700-1917»