Взятие Батыем Киева, 1240 г.

[Андрон69]

 ​​​​  Первые тумены Батыя подошли к столице Юго-Западной Руси вначале сентября. Передовые отряды приступили к приготовлению плацдарма для осады.
Общая площадь Киева составляла 375 гектаров. В нём проживало порядка 40.000 человек. Он делился на верхний город (Гора) и посад (Подол). Верхний город раскинулся на высоких холмах. Его северо-восточная сторона была неприступна из-за крутого, высокого склона. Западный полукруг прикрывал глубокий ров и насыпной вал высотой 12 метров и шириной 30 метров. По ломаной линии его окружали мощные стены с башнями, общей длиной 5 километров. Стены состояли из бревенчатых срубов с заборолами - специальными крытыми площадками для отражения атак. Полости срубов заполняли земля и камни. Внутри он разделялся на город Ярослава (названный в честь князя Ярослава Мудрого) и детинец - город Владимира (в честь князя Владимира - крестителя Руси).
Детинец занимал примерно 15 % площади верхнего города и имел собственные фортификации. В нём жили киевские князья и знать. Главные въездные ворота назывались Золотыми. Высокие и неприступные, они стояли на юго-западе верхнего города.
Подол располагался в низине на востоке от верхнего города и одной стороной  примыкал к высокому склону горы, а с другой доходил до берега реки Почайна. Крепких стен в Подоле не было и оставаться здесь становилось опасно. Завидев первые отряды врага, его жители перешли на Гору.
Столицу обороняли порядка 5000 воинов, половина из которых, киевские ополченцы. Они, как полагают, слабо владели военными навыками и были плохо вооружены. Командовал ими воевода Дмитр. По разным источникам ему было от 20 до 25 лет. Очередной, киевский князь Даниил Романович возложил  руководство обороной на него, а сам уехал в Венгрию для заключения союза с королём Белой IV. (Забегая вперёд, скажем: переговоры прошли неудачно и князь вернулся на пепелище и смрад.)
Численность войска Батыя составляла от 50 до 100000 человек. В летописи читаем, что на штурм Киева кроме самого Батыя, прибыли его родственники-военачальники Урдюй, Байдар, Гуюк, Кадан, Бури, Мунке и Бучек, военачальники не Чингизиды - Субэдэй и Бурундай. 
Именно под предводительством  последнего, в феврале 1238 года брали Суздаль, а в марте  разбили русское войско на реке Сить. Субэдэй командовал битвой на реке Калке в 1223 году. После разгрома основных сил русского войска, часть его корпуса штурмовала лагерь киевского князя Мстислава Старого.
На этот раз Батый и его родственники двинулись в поход со своими домами и семьями. Юрты в собранном виде перевозились на огромных повозках. Одну такую тянуло не менее 20 быков, а ширина колеи составляла свыше 6 метров. Можно представить махину. Кстати, монголы специально не смазывали чугунные втулки колёс, и когда войско передвигалось, за вёрсты вокруг слышался жуткий лязг и скрежет металла. 
Когда окружили Киев, в верхнем городе стало трудно разговаривать. Тысячи ревущих верблюдов и быков, ржание лошадей, скрежет повозок, установка тына (в ход пошли посадские постройки), громкая речь, свист, хохот десятков тысяч ордынцев. Всё вместе производило чудовищную какофонию, которая оглушала осажденных и несомненно действовала им на нервы. 
Осматривая укрепления верхнего города, монгольские военачальники решили, что основной удар будут наносить по стене в районе южных Лядских ворот. Почему именно в этом месте, мы никогда не узнаем. Возможно, они увидели какие-то недостатки в укреплениях: меньшая толщина брёвен или более пологий вал. Но была проблема - непроходимые заросли не позволяли расположить здесь штурмовые отряды и осадную технику. В короткий срок чащу вырубили и вычистили пленные, взятые по пути. Сюда перевезли, собрали и поставили камнемётные орудия. Кто впервые видел их в работе, оставались под неизгладимым впечатлением. 
Во-первых: сила отдачи очень тугого натяжного механизма была такова, что придавала камню необычайную скорость и пробивную способность. Камнями сбивали защитников стен, они порой не успевали увернуться.
Во-вторых: сам вес камня - его не могли поднять даже четверо крепких мужчин. Камень свыше 100 кг, запросто ломал взрослое, живое дерево. Татаро-монголы везли их с собой в обозе, вместе с разобранными орудиями. 
В-третьих: дальность стрельбы на расстояние до 200 метров; это позволяло стрелкам находиться в отдалении от боя под прикрытием тына, а орудию быть практически неуязвимым для неприятеля.
Одну машину обслуживало от 30 до 100 человек, в зависимости от мощности.
Высотой в несколько этажей, они иногда оказывались в один уровень с валом и стеной, вместе взятыми.
Всего их киевские защитники насчитали 32 штуки и большая часть стояла напротив Лядских ворот. 
В ноябре, дождавшись когда замёрзнет вода, татаро-монголы стали методично и круглосуточно обстреливать стены. Обстрелы велись по всему западному полукругу от Жидовских до Золотых и далее до Лядских ворот. Тяжёлые камни крошили бревна, стены постепенно разрушались, земля комьями выпадала. Утром 5 декабря, камнемётные машины пробили брешь в стене у Лядских ворот и стоявший наготове отряд бросился в пролом. Завязался тяжелейший бой, тысячи стрел летели навстречу друг другу, сражались на мечах и врукопашную. Из истории известно: сеча была настолько жёсткой, что татаро-монголы застопорились, растеряли пыл и бежали, при этом передовую часть отряда взяли в плен.
Сразу после отхода противника, защитники забаррикадировали брешь. Эта победа, вероятно, сильно подняла боевой дух дружины, несмотря на тяжелые потери. 
Батый, наблюдавший за сражением, приказал расширить фронт нападения, а именно: штурмовать стену и брешь одновременно. Свежие отряды с сотнями лестниц вышли на штурм. Расчёт был верным. Ополченцы, вынужденные растянуться цепью по стене, долго сдерживать натиск не могли. Колоссальный перевес в живой силе не оставлял им шанса. То тут, то там, татаро-монголы влезают на крышу. Окончательно заняв стену, ордынцы с крыши перестреляют защитников пролома. Под градом стрел, остатки дружины отходят в детинец. Ордынцы разбирают завал и спускаются в город. Добивая по ходу раненых, обнаружат среди них и Дмитра.
Население города Ярослава в страхе прячется в домах, церквях и где только можно, ведь из-за беженцев из Подола их количество значительно выше обычного. Верхний город буквально набит людьми. Но захватчики не обращают внимание на толпу мечущихся киевлян, у них впереди новая цель.
Штурм детинца особого труда не представлял, хотя его пытались укреплять во время двухмесячной осады. Старые стены годами не обновлялись за ненадобностью, вал был ниже предыдущего. Препятствием мог бы показаться ров, но татаро-монголы быстро его пересекли, закидав бревнами, досками и всем, что попадалось на улицах. Стенобитными машинами сносят ветхие ворота. Уже в сумерках при жестокой рубке на улицах детинца (ордынцы рубили всех подряд без разбора), толпа несчастных с мешками, набитыми ценной утварью, в панике взобралась на Десятинную церковь и она не выдержав тяжести, рухнула. Покончив с последними очагами сопротивления, татаро-монголы разошлись по городу и приступили к массовой резне горожан. В домах и на улицах истребляли всех от мала до велика, попутно грабя и насилуя. Разграбили и подожгли церкви. Софийский собор разрушили, священников зарубили. Каких-то жителей тащили в плен.
Неизвестно сколько времени длился этот кошмар, пока Киев полностью не запылал. Десятки тысяч тел лежали повсюду. Задыхались в дыму или сгорали заживо, прятавшиеся в подклетях и погребах. В ту страшную ночь немногим удалось выжить...
Не обошли ордынцы и Киево-печёрскую обитель, находившуюся тогда за стенами города. Почти всех монахов и спрятавшихся там мирных уничтожили, обитель тоже разграбили и сожгли. Перед нападением отшельники успели замуровать и замаскировать свои пещеры, и они остались нетронутыми.
Воеводе Дмитру, Батый за бесстрашие сохранил жизнь и забрал его с собой в поход на Венгрию.
Через пять лет, проезжавший мимо путешественник Плано Карпини, отметит в записках сильные разрушения, следы пожарищ и кости погибших. Хоронить мёртвых, а уж тем более восстанавливать город было некому. Прежде Киев не раз подвергался захватам и грабежам, но после разорения Батыем впадёт в зависимость Золотой Орде, а позже Речи Посполитой, и потеряет свой высокий политический и экономический статус навсегда. В лоно России его вернут лишь в 1686 году. 

Взятие Батыем Киева, 1240 год.